суббота, 15 августа 2015 г.

Э.М.Ремарк "Черный обелиск"/ "Der schwarze Obelisk"

Вчера судьба столкнула меня с одним удивительным человеком,  который оказался моей родней и душой и телом. Бывает же такое?! Безумно приятно встретить человека, у которого мировоззрение похоже на ваше. С которым вы пришли к одной цели, но разными путями, можно так сказать. В общем, привет Андрей, если читаешь это!:D
Недавно мне в руки попался Ремарк (хаха,сходила в библиотеку и сама взяла аж 4 его романа), начала я с "Черного обелиска". И чем больше его романов я читаю, тем больше влюбляюсь в этого автора. Как оказалось, этот роман очень близок и моему "родственнику во всех смыслах" , вчера мы от души поговорили о нем, поэтому сегодня я пишу о романе вам!

Черный обелиск

Очень автобиографичный роман. 

Ремарк, также как и главный герой Людвик Бодмер, прошел войну, работал в фирме по продаже надгробий, играл на органе в часовне при больнице, наблюдал за душевнобольными и работал в газете. 

Исторический роман.

Автор показывает все подводные камни Германии начала 20-ых. Время гиперинфляции, что провоцирует рост националистический настроений. Время, когда люди "потерянного поколения" ищут самих себя. Кстати, "Потерянное поколение" (вики) это молодые люди, призванные на фронт в возрасте 18 лет, часто ещё не окончившие школу, рано начавшие убивать. После войны такие люди часто не могли адаптироваться к мирной жизни, спивались, заканчивали жизнь самоубийством, некоторые сходили с ума.

Сюжет

Людвик - человек "потерянного поколения", от его лица и ведется роман. Работает он, продавая надгробия и играя на органе в церкви при лечебнице для душевнобольных, где  
он влюбляется в девушку, страдающую шизофренией, раздвоением личности. Ее имя Женевьева, но называет она себя Изабеллой, а она его- Рудольфом или Рольфом, в зависимости от настроения. Они часто ведут беседу о жизни, свободе, Боге, - эти диалоги играет одну из важных ролей в романе. 
В целом, в романе описывается жизнь Людвига, его отношения с девушками, с друзьями, о его работе. (Не хочу дальше рассказывать детали, чтобы не было спойлерства).

Комментарии

В романе Ремарк ищет истину жизни, предупреждает молодежь о некоторых возможных ошибках. 
Нельзя не заметить потрясающую иронию, юмор Ремарка. Чего стоят проделки с талонами в ресторан к Эдуарду и железная труба, пугающая писающего Кнопфа. 

Цитаты

Напоминаю, что цитаты подобраны исключительно на мой вкус. 
Ну, начну с самого популярного: «Смерть одного человека — трагедия, смерть миллионов — статистика" - приписываемая Сталину. 
"Добродетель, юность и наивность" — безапелляционно заявляет Георг. — Если их утратишь, то уж безвозвратно! А что на свете безнадежнее многоопытности, старости и холодного рассудка?"
"Живет ли человек изнутри наружу или снаружи внутрь?"
"Agnus Dei qui tollis peccata mundi" (лат.) - агнец божий, взявший на себя грехи мира.
<">"...каждый раз, когда мы вместе, словно тысячи голосов начинают говорить по проводам моих артерий.
.."
То, чего не можешь заполучить, всегда кажется лучше того, что имеешь. В этом и состоит романтика и идиотизм человеческой жизни. Ваше здоровье, Ризенфельд."
" — А как же можно пить луну, Изабелла? 
— С водой. Очень просто. У нее вкус опала. Сначала ее даже не очень ощущаешь, только потом чувствуешь, как она начинает в тебе поблескивать. Она светит прежде всего из глаз. Но света зажигать нельзя. При свете все меркнет."
Я подхожу к полкам с книгами по религии и философии. Они — гордость Артура Бауера. У него собрано здесь примерно все, что люди за несколько тысяч лет напридумывали относительно смысла жизни. Поэтому можно было бы за несколько сотен тысяч марок получить достаточную информацию, сейчас даже за меньшую сумму — примерно за двадцать — тридцать тысяч марок, ибо если смысл жизни действительно познаваем, то достаточно было бы одной книги. Но где она, эта книга? Я обвожу глазами полки, сверху вниз и снизу вверх, — отдел этот представлен у Бауера очень богато, — и вдруг теряюсь. Мне начинает казаться, что с истиной о смысле жизни дело обстоит примерно так же, как с жидкостями для ращения волос: каждая фирма превозносит свою, как единственную и совершенную, а голова Георга Кроля, хотя он их все перепробовал, остается лысой, и ему следовало это знать с самого начала. Если бы существовала жидкость, от которой волосы действительно бы росли, то ею одной люди и пользовались бы, а изобретатели всех других давно бы обанкротились." 
"...я размышлял о том, что ведь совершенно так же молятся за победу своих стран английские, французские, русские, американские, итальянские, японские священнослужители, и бог рисовался мне чем-то вроде этакого озадаченного председателя обширного союза, одного и того же вероисповедания. На чью же сторону богу стать? На ту, в которой населения больше или где больше церквей? И как это он так промахнулся со своей справедливостью, если даровал победу одной стране, а другой в победе отказал, хотя и там молились не менее усердно!"
" — На подоконнике. На гробу сидеть нельзя. И потом — это же еще совсем не гроб. Он становится гробом, когда в нем уже лежит покойник. А так — просто столярная поделка.
— Верно. Но трудно все время помнить об этой разнице."
Очень зацепил вот этот момент: 
"Я сижу на скамье возле клумбы с розами. Жизнь здесь течет мирно и естественно. Никого не тревожит то обстоятельство, что доллар поднялся за один день на двадцать тысяч марок. Никто из-за этого не вешается, как та супружеская чета вчерв в городе — их нашли сегодня утром в платяном шкафу, каждый повесился на обрывке простыни. Кроме них, в этом шкафу уже ничего не оказалось, все было заложено и распродано, даже кровать и этот шкаф. Когда покупатель вознамерился вывезти вещи, он обнаружил мертвецов. Они висели, обняв друг друга и как бы показывая один другому распухшие, посиневшие языки. Супруги оказались странно легкими, и их без труда вынули из петли. Оба были тщательно вымыты, волосы приглажены, платье аккуратно залатано и вычищено. Покупателя — полнокровного торговца мебелью — вырвало, когда он их увидел, и он заявил, что не желает теперь брать шкаф. Только вечером изменил он свое решение и все-таки послал за ним. К этому времени мертвецы уже лежали на кровати, но пришлось снять их и оттуда, так ее тоже должны были забрать. Соседи одолжили несколько столов, и супругов уложили на них, завернув головы в шелковую бумагу. Эта бумага была единственной их собственностью, найденной в пустой квартире. Они оставили письмо, в котором сообщали, что хотели отравиться газом, но компания выключила у них газ, так как они слишком давно не платили. Поэтому они попросили торговца мебелью извинить их за причиненное беспокойство."
"Если бы все были счастливы, никакой бог не был бы нужен."
"В открытые окна входит высокая синяя ночь. Она дышит на нас запахом земли, цветов и мерцанием звезд."
"Почему рассуждаете о жизни, вместо того, чтобы ощущать ее?"
"—...что вы знаете о гностиках?...
— Достаточно, и я подозреваю, что они представляли собой саму. терпимую часть христианства. А все, чему до сих пор пор научила меня жизнь, — это ценить терпимость.
...
—Терпимость. Бережное отношение к другому. Понимание другого. Пусть каждый живет по-своему. Но терпимость в нашем возлюбленном отечестве звучит, как слово на незнакомом языке.
— Короче говоря, анархия"
"Отними у военных мундир — и не найдется ни одного человека, который захотел бы стать солдатом."
"Несчастье не в том, что невозможно слиться до полного единства и приходиться расставаться, каждый день и каждый час. Знаешь это, и все же не можешь удержать любовь, она растекается между пальцами, но она — самое драгоценное, что есть на свете, и все же  ее не удержать. Всегда один из двух умирает раньше другого. Всегда один из двух остается."
"Она делает еще глоток пива. Я смотрю на ее стройную шею. Если она еще раз назовет меня бедным малышом, я, не говоря ни слова, вылью ей на голову мою бутылку пива и докажу, что тоже могу вести себя, как сутенер или, по крайней мере, так, как подобный тип должен, по моим представлениям, себя вести."
"прав всегда тот, кто лежит с женщиной в постели."
"Где ложь и где правда, знает только бог. Но если он бог, то не может существовать ни лжи, ни правды. Тогда все — бог. Лживым было бы только то, что вне его. Если же существовало бы вне его и противоположное ему, он был бы только ограниченным богом. А ограниченный бог — не бог. Значит, или все правда, или бога нет."
"В полночь вселенная пахнет звездами"
"— Отчего ты меня не любишь? 
— Я люблю тебя. Все во мне любит тебя.
— Этого мало. Другие все еще тут. Если бы ты любил достаточно, ты бы убил их. .... Ты бы не допустил, чтобы я жила вне тебя."
"Это же радуга, Рудольф, и по ней можно пройти, но если на миг усомнишься, то сорвешься вниз"
"— Старик Кнопф только что высосал бутылочку водки
— Залпом?
— Кажется, двумя залпами. Какое это имеет значения?
— Никакого. Просто из любопытства. Мир праху его.
— А сделать ничего нельзя?
— Ничего. Ему и так и так конец. Меня удивляет, что он проскрипел до сегодня. Поставьте ему памятник в виде бутылки"
"бери с собой как можно меньше"